Читать «Шарипов А.М. - Русский мыслитель Иван Александрович Ильин - 2008» онлайн - страница 46
Автор неизвестен
Иван Александрович непрестанно занимается своими научными — философскими и правоведческими — трудами. С 1919 г. он читал курс лекций «Философия религии», положившим начало созданию его последней фундаментальной книги «Аксиомы религиозного опыта». В 1921 г. И.А. Ильин становится членом правления Московского юридического общества и председателем Московского психологического общества (после смерти Лопатина).
В 1921—1922 учебном году Ильин, исключённый новой властью с Юридического факультета Московского университета, вёл курсы «О философском методе» и «О Гегеле» в Философском институте для студентов филологов-философов старших курсов. Иван Александрович вспоминает момент занятий: «Было человек 65. Аудитория была (ради тепла) небольшая и люди сидели друг на друге. Я вёл оба курса без записок, — вдохновенным созерцанием. Обычным актом: цельным, с участием сердца, воли, видения и мысли. И вот, студенты мои никак не могли понять, что моего стула нельзя задевать — что я испытываю каждый толчок или прикосновение, как электрический разряд в нервной системе, как резкий толчок по духу, или как посторонний вскрик во время исполняемого ноктюрна. Я реагировал на это болезненно, а они вероятно думали, что это — раздражительность голодного профессора или же просто “каприз”. Наконец я разъяснил им, что при этом происходит, что это процесс большой и интенсивной концентрации, не терпящей прерывающих толчков и разрядов».
За все годы своей преподавательской деятельности в Москве Иван Александрович Ильин преподавал как юрист и философ в аудиториях практически всех учебных заведений Москвы, где преподавались юридические дисциплины: Императорский Московский университет, Высшие женские курсы, Московский коммерческий институт, Народный университет им. Шанявского, Высший музыкально-педагогический институт, Ритмический институт, Философский исследовательский институт.
Глава 11.
Белое дело
После первого ареста 15 апреля И.А. Ильина в 1918 г. арестовывали ещё дважды, 11 августа и 3 ноября, и содержали в заключении в общей сложности около двух месяцев. Сам Иван Александрович вспоминал, как начало красного террора коснулось его лично: «Летом 1918 года жили мы под Москвою у друзей в имении. Меня только что арестовывали второй раз и выпустили через 3 дня. Вдруг покушение на Ленина, и я получаю условную телеграмму, что надо тотчас же скрыться. Решили обождать до ночи. Ночью в три часа на полустанке подали поезд дальнего следования, весь состоящий из теплушек, то есть попросту товарных вагонов, до отказа набитых мешочниками и простонародьем. Мрак; — остановка 1 минута; — я бегаю от вагона к вагону, умоляя дать мне хоть как-нибудь втиснуться. В каждом вагоне стена людей — глухая, мрачная, злобная — или не отвечают, или отругиваются. Оставаться тоже нельзя. Поезд трогается. Я вскакиваю на подножку, хватаюсь за поручни и повисаю на руках. В таком положении Наталия Николаевна видела меня в последнюю секунду. Ветер раздувал пальто, поезд прибавлял ходу, а я, стиснув зубы, про себя молился — чтобы не стало мне дурно и чтобы не сшиб меня придорожный столб. Через 10 минут — большая станция — кондуктор смилостивился и пустил меня за 20 рублей в служебное отделение».