Читать «Вкус медной проволоки» онлайн - страница 18

Геннадий Александрович Черкашин

Я закрывал глаза и пытался уснуть. Болело колено... У Чугунка росли усы. Чёрные усы. Они ползли над губой и стекали на подбородок. «Это не кровь!» - кричал Цубан. «Но ведь до первой кровянки...» - «Это не кровь!» - кричал Цубан. Шумели листья над головой. Их шум был похож на шум прибоя. Прибой накатывался с другой стороны двора. С той стороны была видна бухта. Где-то простучал поезд. Мне захотелось уехать...

Мама стояла надо мной и пристально смотрела на меня. Наверное, я проснулся от этого взгляда.

- У тебя все лицо в синяках, - сказал она. - Что случилось?

Я вспомнил. Вчерашнее всплыло, стало противно, как от касторки.

- Ничего. Это пройдёт. Не волнуйся.

Она вздохнула.

- Если бы ты знал, как мне трудно с тобой без отца.

- Не беспокойся, - повторил я. - Это пустяки. Пройдёт все это.

Она ушла.

Целый день я провалялся в кровати, читая книгу. Бабушка, увидев синяки, так разозлилась, что схватила велосипед и увезла его в сарай.

- Из-за этого чёртова велосипеда уже всё лицо - один синяк! - кричала она. - Я вас знаю. Ещё убьют ребёнка. Говорила ей: не покупай! Не покупай! Пусть теперь пропадёт к чёртовой матери.

К вечеру она отошла и разрешила взять велосипед.

Я вышел на улицу. Мальчишки как всегда сидели на розовом крыльце.

Я подъехал к ним. Они молча смотрели на меня. По их лицам нельзя было понять, что они обо мне думают. Я прислонил велосипед к крыльцу и по ступеням поднялся наверх.

- Вот. Пересчитайте, - я положил деньги на камень. - Все деньги, которые получил от вас.

Потом спустился вниз и сел на велосипед.

- Теперь тебе фара не нужна, - крикнул Цубан. - Ха-ха!

Они ржали за моей спиной,

Я повернулся.

- Ну-ка, слезай, - сказал я и прислонил велосипед к крыльцу.

- Тебе что? Мало вчера получил, да? - крикнул Чугунок. Глаза у него припухли, стали узкими, как у китайца, но синяков заметно не было,

- И ты слезай.

- На арапа берёшь! - крикнул Цубан, - Ну-ка, пошли, Чугунок.

Жереб посмотрел на Шурку:

- Сядь, Чугунок, или я буду за него. Иди, Цубан, один. До первой кровянки.

Я ждал Цубана внизу. Мне было все равно. Я знал, что сейчас свалю его на землю, а потом буду драться с Чугунком и с Жеребом, если дойдёт до этого, хотя он был в пять раз сильнее меня. Мне было все равно - я готов был драться со всем светом.

Цубан мялся. Он переступал с ноги на ногу, не решаясь спуститься вниз. Я смотрел на его пыльные босые ноги и ждал.

- Он чокнулся, - крикнул Котька. - Кончаем, ребята.

Они молчали.

Я поднял голову.

Шурка все еще стоял, не зная, что ему делать.

Я взял свой «драндулет». От противогазных трубок покрышки стали бугорчатыми, колеса искривились и сильно «восьмерили», хотя я уже несколько раз подтягивал спицы, когда обод начинал биться о вилку. Было ясно, что колеса скоро «полетят».