Читать «В лабиринте замершего города» онлайн - страница 9

Семен Близнюк

— Смотреть этим гадам в глаза, вежливо улыбаться… Я же не актёр! Жалуются мне на партизан, а я ещё должен прискорбно вздыхать!.. Есть новость. Заявилась в магазин «овчарка» — сожительница капитана из охранного батальона. Пристала — достань ей, где хочешь, лимоны. Оказывается, в Красном партизаны подожгли цистерны с бензином. Все взлетело на воздух к чертям собачьим. Капитан чудом уцелел, только обожжён. Вот она к нему в госпиталь и бегает.

— Все понятно, — резюмировал Дацюк. — Лимоны достанем. Авось появится источник информации.

Член Совета Народной Гвардии Андрей Дацюк знал многое. В Совете он отвечал за деятельность групп в городе. Но мало кто знал, что лишь один Дацюк тесно связан с группой закарпатцев-политэмигрантов и руководит их операциями. Совет очень дорожил этой боевой группой, глубоко её законспирировав.

— Кстати, нужен срочно килограмм серебра, — заметил Дацюк. — Моя сестра Христина на фабрике лакокрасок подпоила кладовщика. Тот согласился ей продать ротаторную краску. Но требует за одно кило столько же серебряных изделий. Иштван, возьми это на себя.

Шипош молча кивнул. Дацюк поправил очки:

— Так вот мы говорили о личных контактах. Вокзал обслуживают венгры. А сейчас, как воздух, нам нужны «подходы» к железнодорожникам. Скорее бы «выйти» на надёжных людей. Но не ошибиться. Иначе — конец…

Операция «Главный вокзал» была поручена Мошколе.

Перед отправлением варшавского поезда на перроне Львовского вокзала появился элегантно одетый человек. Клетчатое пальто, толстый вязаный шарф, мягкая шляпа, в руке — портфель из жёлтой кожи. Человек расхаживал вдоль поезда, поглядывая на разодетых фрау, за которыми денщики тащили тяжёлые чемоданы.

Когда поезд тронулся, он вытащил платок и начал махать. Рядом стоял венгерский офицер из железнодорожной комендатуры — весь собранный, подтянутый. Он всегда провожал мягкий вагон, в котором отъезжали высшие офицеры. Перрон постепенно пустел. Тогда элегантный человек с портфелем, приветственно коснувшись шляпы, обратился к офицеру:

— Йов напот киванок, алгаднадьур!

— Йов напот!

— Я знаю: вы — Горняк. Мне хотелось поблагодарить вас от имени господина Сильваи. Вы помогли ему отыскать багаж из Будапешта, а я в некотором смысле был в багаже заинтересован: для меня доставили в нём материал. Я — портной. Дьёрдь Шипош.

Познакомились. Дьёрдь объяснил: провожал в Варшаву двоюродную сестру, у которой тоже коммерческие дела. И бросил вскользь:

— Так, может быть, выпьем по случаю знакомства?

Горняк согласился. Зашли в ресторан. Зал был набит битком. Гитлеровцы пьянствовали перед отправкой эшелонов на восток. Горняк мрачно пробормотал:

— Этот зал не для нас. Здесь — «высшая раса».

Прошли за занавеску. Горняк подозвал смуглого официанта. Тот устроил их за маленьким столиком у раздаточной. Разговорились. Дьёрдь упомянул, что сам он из Пряшева. Горняк обрадовался: он оказался родом из Субботицы, югославского города. Сказал:

— Вроде бы земляки — славянская земля нас родила… Дьёрдю запомнилось и это.

Железнодорожный узел обслуживался специальным венгерским батальоном. Комендатура, склады — всё было здесь под его охраной. Помимо охранников, в левом крыле вокзала размещалась специальная часть связи, подчинявшаяся комендатуре. Вход туда был перекрыт. Больше месяца Дьёрдь искал «подходы». Наконец, через знакомых рабочих депо удалось нащупать вариант: попытаться выйти на Горняка. Узнал, что он серб, до войны был рабочим-инструментальщиком. Как-то здесь, в депо, сам стал за станок: соскучился по настоящей работе. Да и к ремонтникам относился не так, как другие охранники. В общем, стоило рискнуть…