Читать «Огненный смерч» онлайн - страница 10

Билл Рэнсом

— А если мы попытаемся уехать отсюда?

— Тогда вы вынудите меня работать в Субботу, а я предпочел бы не думать об этом. И я предпочел бы, чтобы и ты не думал об этом. Кроме того, у тебя нет ни единого шанса взломать этот замок. Пока я жив, по крайней мере, — он выразительно похлопал по прикладу своего карабина, ничуть не улыбаясь.

— Понимаю.

— Вот и прекрасно.

Охранник ткнул большим пальцем себе через плечо в сторону дверей караулки.

— В восемнадцать ноль-ноль будет транслироваться речь Мастера. У нас есть видеофон; если желаете, можете посмотреть. — Он оглянулся на Мэгги. — В конце концов, вы ведь накрутили достаточно энергии.

— Да, — сказал Айзек. — Благодарю.

Он подошел к тележке, развернул ее таким образом, чтобы вихляющееся переднее колесо оказалось сзади, потом сказал, стараясь говорить таким тоном, будто мысль только что пришла ему в голову.

— Могли бы хоть намекнуть, чего нам с Мириам следует ожидать здесь.

Блондин, направляющийся к караулке, беззлобно — но и не весело — рассмеялся и бросил, полуобернувшись:

— Чего угодно, — потом добавил: — Только еще раз предупреждаю — никакой работы в Субботу!

Айзек покатил тележку в заднюю часть ангара, где Мириам и Простодушные ожидали свежей родниковой воды и горячих ароматных буханок хлеба.

— Что он сказал? — спросила девушка. — Мы под арестом?

Айзек молчал достал из выдвинутого ящика внизу тележки церемониальную чашу и полотенца, потом налил себе и Мириам по стакану ледяной воды, в которой еще плавали крошечные кубики льда. Оба осушили свои стаканы, прежде чем налить воды каждому из Простодушных. У Простодушных не было душ, и в буквальном смысле ритуал не имел для них никакого значения, но им нравилось быть приобщенным к делам взрослых, чувствовать себя в одной команде с ними.

— Ну? — не отставала Мириам.

Айзек не ответил. Наполнив водой чашу для омовения ног, он опустился перед девушкой на колени и приступил к Субботнему ритуалу.

— Я ненавижу, когда меня запирают, — прошептал Айзек скорее себе, нежели Мириам. — Ребенком меня частенько запирали в чулане. Мои родители говорили, что не могут нанять приходящую няню. Садись.

Мириам, ничего не сказав, села на койку. Айзек снял ее запыленные кроссовки и пропотевшие носки, поместил ей под ноги чистое полотенце и начал омывать их — щиколотки, ступни и подошвы — омывать медленно и осторожно, так, как ему хотелось омовения девушкой своих собственных ног. Мириам же обычно просто быстро промокала полотенцем его обувь, однако Айзек надеялся, что она в конце концов станет более терпеливой и поймет достоинства этой несложной, но так сближающей людей процедуры.

«Возможно, самое ценное, что есть в ритуале, это инстинкт, — подумал он. — Он дает время подумать».

Да уж. Думать. Весь уик-энд ничего не будем делать, кроме как думать. Думать и потеть. И вспоминать о том, что находится в тех ящиках из «ВириВака».

Какой-то неприятный запах вдруг ударил по ноздрям Айзека, и он едва не отпустил едкие замечания по поводу личной гигиены Мириам. Запах из неприятного превратился в отвратительный — сочетание горящих волос и перегнившего мяса.