Читать «Без перьев» онлайн - страница 43

Вуди Аллен

башня — После того как О’Шон покинул родительский кров, он одно время жил в башне на юге Дублина. Башня была не самой высокой: около шести футов, то есть на два сантиметра короче, чем сам О’Шон. Вместе с ним в башне жил Гарри О’Коннелл, молодой человек с выдающимися литературными задатками; его пьесу в стихах «Мускусный бык» принято было играть под общим наркозом. О’Коннелл оказал существенное влияние на формирование О’Шона-поэта, уговорив его заменить истасканную рифму «кровь — любовь» на новаторскую: «любовь — кровь».

…Любуясь деснами своими — У братьев Бимиш были незаурядные десны. Лайам Бимиш ежедневно в течение шестнадцати лет вынимал вставную челюсть и деснами с хрустом разгрызал арахис, пока ему не сказали, что такой профессии не существует.

…Агамемнон — О’Шон был помешан на Троянской войне. Он не понимал, как можно было принять деревянного коня от противника. Тем более что из брюха коня раздавался громкий смех. Очевидно, этот эпизод произвел на поэта очень сильное впечатление, потому что всю оставшуюся жизнь он самым тщательным образом осматривал подарки, которые преподносили ему его близкие и друзья; как-то на день рождения ему подарили туфли, и О’Шон тут же полез в них с фонариком, то и дело выкрикивая: «Есть здесь кто-нибудь? Эй! Отзовитесь!»

…Шонесси — Майкл Шонесси, писатель и мистик; оккультист, который уверял О’Шона, что тем, кто собирает макулатуру, обеспечена загробная жизнь. Шонесси верил также, что луна способна управлять душевными порывами и что если пойти в парикмахерскую во время лунного затмения, то преждевременной импотенции не избежать. О’Шон был очень привязан к Шонесси и всю жизнь прилежно занимался оккультизмом, однако осуществить свою давнюю мечту — проникнуть в помещение через замочную скважину — ему так и не удалось.

Образ луны занимает важное место в поздней поэзии О’Шона: поэт признался как-то Джеймсу Джойсу, что больше всего на свете он любит при свете луны запустить руку по локоть в свежеиспеченный кремовый торт.

Ссылка на то, что Шонесси отказался от выпивки, относится, видимо, к тому времени, когда друзья вместе обедали в Иннесфри и Шонесси плюнул горохом из трубочки в толстую даму, которая не согласилась с его трактовкой бальзамирования трупов.

…Биксби — полное имя: Имон Биксби, политический деятель, пылкий фанатик, который утверждал, что только чревовещание способно установить мир на земле. Биксби был последователем Сократа, хотя и расходился со своим кумиром в определении философской категории добра. «Добро», по Биксби, достижимо лишь при условии, что все люди будут весить одинаково.

…Великий Парнелл знал ответ — Ответ, который имеет в виду О’Шон, — «олово», вопрос же: «Что экспортирует Боливия?» Понятно, что никто Парнеллу этого вопроса не задавал, хотя однажды его попросили назвать самое крупное пушное четвероногое наших дней, и, когда Парнелл ответил «цыпленок», его подвергли резкой критике.

…Лафферти — ортопед, лечивший Джона Миллингтона Синга. У Лафферти, личности во всех отношениях незаурядной, был бурный роман с Молли Блум, которую он бросил лишь тогда, когда сообразил, что она — литературный персонаж. Лафферти прослыл большим шутником за то, что однажды обвалял пятки Синга в сухарях и поджарил их на сливочном маргарине. С тех пор Синг ходил подпрыгивая, и молодые драматурги, дабы перенять у него эту походку — свидетельство незаурядного драматургического видения, — повально увлеклись карате (отсюда: «…чьи шутки грязные нас научили прибежище в уроках карате отыскивать»).