Читать «Подмастерье. Порученец» онлайн - страница 72
Гордон Хотон
Когда крекеры заканчиваются, он берется за нож.
— Никого я не люблю, кроме тебя, — говорит он. — Ей-ей. Никого больше.
Ведет лезвием ножа вокруг ее грудей, вниз, к промежности, останавливаясь, где ему нравится, затем вдоль ног и рук, медленно, осторожно. Мне не видно, касается ли острие ее кожи или он держит нож в миллиметре над ней, в миллиметре, что отказывает ей в облегчении безопасного контакта и угрожает возможными короткими пыряющими ударами вниз. Наконец он подносит нож ей к лицу, и я вижу, что нож не касается ее кожи, но зависает в дюйме от ее глаз.
— Если ты меня бросишь, я, бля, убью тебя… Если скажешь хоть
Он помахивает ножом у нее надо ртом, касается кончиком ее ноздрей. Одно краткое прикосновение — и польется кровь. Но он не хочет касаться ее. Он размахивает ножом еще свирепее, чтобы показать свое намерение, затем подбрасывает нож вверх, словно жезл, и ловит его за рукоятку.
— Ты, бля, скучная корова все равно. Ни у какого пацана в целом свете на тебя не встанет. А если свалишь, я уж пригляжу, чтоб ни один пацан на тебя даже не глянул.
И, кажется, сейчас все закончится. Он обрезает веревки, привязывающие ее к столбикам кровати, и она сворачивается в клубок, тело сотрясается от неуправляемых рыданий. Чуть погодя, когда решает, что все безопасно, она осторожно отдирает изоленту ото рта, поскуливая от боли, когда дергает себя за волосы. Но у него осталось последнее неутоленное желание. Он спускает тренировочные штаны и обнажает черные трусы, достает оттуда вялый кусок плоти и помахивает ей в содрогающуюся спину, дразня ее, как ребенок:
— Последний шанс поглядеть. Другого не получишь. — Она продолжает пренебрегать им, он пожимает плечами и принимается мочиться на кровать рядом с ее головой, капли летят ей в волосы, на шею.
Она резко отпрядывает и в ярости вскакивает.
— Ты, бля,
— Те ж нраицца, ляля.
— Отъебись.
— Когда захочу.
— Отъебись
Он осознает, что утратил власть и над ней, и над ситуацией, унижение не позволяет ему извиниться или остаться. Он направляет остаток потока на ковер, прячет пенис, натягивает штаны и уходит — ненадолго замерев в дверях, чтобы восстановить свое влияние.
— Вызови уборщицу, пусть порядок наведет. Завтра.
Как только он выходит вон, ее всухую выворачивает, она сгребает простыню и вытирает ею волосы, как полотенцем. Трет голову долго, но все никак не успокоится, вновь и вновь пытается устранить дрянь и запах. Затем, словно вспомнив, что за ней наблюдают, бросает простыню и быстро подходит к видеокамере. Глаза у нее красные, лицо обвисло от омерзения, но рот перекошен в странной улыбке.
Рука тянется к объективу, превращается в размытую бело-розовую картинку, затем — белый шум.