Читать «Богиня в граните» онлайн - страница 5
Роберт Франклин Янг
Солнце уже давно миновало зенит, когда он оказался напротив пологой ложбины между двумя вершинами. Холодный ветер дул вдоль склонов, проносясь через плоскогорье. Ветер был свежим и душистым, и Мартин понял, что на вершинах должны быть цветы... возможно, крокусы или их подобие, растущие высоко, у самых снежных пиков.
Он удивился, почему не захотел взбираться на вершины, почему это должно быть плоскогорье. Ведь вершины представляли большие трудности и, следовательно, большее испытание. Почему же тогда он пренебрег ими в пользу этого плоского холма?
И ему показалось, что он понял. Красота вершин была ограниченной и поверхностной, ей не хватало более глубокой выразительности и многозначности плоскогорья. Они никогда бы не смогли дать ему то, что он хотел, даже если бы взбирался на них тысячу раз. Итак, именно плоскогорье, с его голубыми и восхитительными озерами, и ничего другого.
Он отвернулся от горных пиков и сосредоточил внимание на длинном склоне, который вел к шейному гребню. Его наклон был достаточно пологим, но коварным. Поэтому Мартин двигался медленно. Любой ошибочный шаг, и он мог бы поскользнуться и скатиться по склону, на котором не было ровным счетом ничего, за что можно было бы ухватиться и предотвратить падение. Тут он заметил, что его дыханье становится чаще, и удивился этому, но затем вспомнил про высоту. Однако он не стал прибегать к кислородным таблеткам: позже у него появится в них более острая нужда.
К тому времени, когда он добрался до гребня, солнце наполовину закончило полуденный круг. Но это не испугало его. Он уже отказался от мысли штурмовать скалу-подбородок сегодня. Он вообще был слишком самоуверен, вообразив, что сможет покорить Деву за один день.
Выходило, что на это требовалось по меньшей мере два.
Гребень был больше мили в ширину, его кривизна была едва ощутима. Мартин быстро преодолел его. В течение всего перехода он ощущал, что скала-подбородок все круче и круче нависала над ним, но даже не смотрел на нее; он боялся смотреть на нее до тех пор, пока она не оказалась так близко, что закрыла половину неба, и тогда он был вынужден взглянуть на нее, он должен был оторвать глаза от гранитной выпуклости горловины и сфокусировать их на ужасающей стене, которая теперь определяла его будущее.
А будущее его было мрачным. Там не было опоры для рук или ног; не было ни трещин, ни выступов. Отчасти он успокаивал себя тем, что если не найдется способа подняться на скалу-подбородок, то он и не заберется на нее. Но с другой стороны, это было бы ужасным разочарованием. Покорение плоскогорья-лица было более чем просто честолюбием; это была одержимость, а физическая борьба, непременно входившая в эту задачу, опасность, препятствия - все это были неотъемлемые части одержимости.
Он мог бы вернуться путем, которым пришел, вниз по руке, к своей лодке, затем назад, в обособленную колонию; и там нанять у этих грубых неразговорчивых местных аборигенов какой-нибудь летательный аппарат, так же просто, как это получилось с лодкой. И меньше чем через час после взлета он смог бы приземлиться на плоскогорье-лице.