Читать «Сказка XXI века» онлайн - страница 36
Игорь Георгиевич Халымбаджа
Ему вручили прибор размерами с компас.
— Что с ним делать?
— Включай и иди. Как значения достигнут десятки, — ищи вокруг максимум. Это градиентная ослабленная зона, а попросту трещина во временном поле. Тут быстро лопаткой рой канавку, может, проскочишь в иной временной пласт…
Чигорев схватил прибор. Ему сунули выкрашенную суриком лопату, позаимствованную с пожарного шита, и он зашагал напрямик, через парк, прихватив карманные шахматы. За ним увязался Хрумкин. Через полчаса он вернулся, доложив, что Чигорев роет яму в огороде вахтера Пантелеича. Между баней и парником.
На другой день Чигорев на работу не вышел. Звонили домой — не появлялся. Сходили в огород к Пантелеичу. Действительно, между парником и баней налицо была оплывшая яма.
— Может, его завалило? — испугался Хрумкин. Шустро расчистили выемку. Но тело не отыскалось.
— Неужто проник к прошлое? — поразился Кутепов. — Но как? Ведь мы пошутили, вручили бутафорию, смонтированную из туристского компаса. Хрумкин! Ты что там накрутил?
— Не помню… — промямлил Хрумкин. — Я не нарочно. Я так, лишь бы мигало и стрелка ползала…
Теперь Хрумкин больше букинистической шахматной литературой интересуется. Я сам на днях наблюдал, как он, шевеля губами, изучал в каком-то ветхом журнальчике фото участников шахматного турнира. Но если он на ней пытался отыскать пропавшего Чигорева, то напрасно, потому что в прошлом веке на месте нашего города было абсолютно непроходимое болото с малюсеньким островком посередке. И я точно знаю, мне бабуся Тоня рассказывала: когда город закладывали, на островке отшельника обнаружили в землянке. Сначала он все в столицу отбыть норовил. А потом застрял — пытался подрядчика Козелкова в шахматы обыграть, но так и не смог его одолеть. А шахматы у него, говорят, чудные были, маленькие, и не из дерева.
Между прочим, он тоже Федором Чигоревым прозывался, и нашему Чигореву, то есть, как я теперь разумею, самому себе, дедом приходился.
ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕЛАНИЯ
Они неожиданно для всех сдружились в седьмом классе — угрюмый долговязый Мишка и крохотный, но громогласный, как транзистор, Ваня из пятой квартиры. Вместе ходили в кино, таинственно о чем-то шушукались на лестничной клетке, играли и ссорились.
Играли они обычно у Вани, так как в квартире у Мишки им постоянно мешали или одна из двух Мишиных сестренок или мама. Особенно мама, которая в самый острый момент то звала обедать, то просила сбегать в магазин за хлебом, то вынести ведро с мусором, а то вдруг начинала интересоваться Мишиными школьными делами, хотя именно в это время ему было совершенно не до них. У Вани же был только отец, который никогда не совал нос в чужие дела, а тихонько читал или писал за своим столом.
Задача по геометрии никак не получалась. Мишка задумчиво пририсовал к окружности маленький треугольник-нос, затем круглый глаз. И только надел на возникшего в тетради человечка фуражку, как в передней раздался звонок. Как всегда, Мишке не удалось опередить маму. Вскочив из-за стола, он услышал голосок друга: