Читать «От первых проталин до первой грозы» онлайн - страница 162
Георгий Алексеевич Скребицкий
А куда же тогда девался тот, прежний, настоящий? Да, может, никуда и не девался, может, сидит у себя дома и поджидает меня.
Но я тут же будто просыпался от сна. Нет, его уже нет и никогда не будет. И от этого "никогда" что-то больно сжималось в груди. "Пётр Иванович умер,- думал я.- И все умрут: и Михалыч, и мама, и даже я". Мне это казалось диким, просто невероятным.
Я глядел на идущих немного впереди маму и Михалыча. Неужели и их понесут вот так же в деревянном ящике, и меня тоже?.. И я никогда больше не увижу вот этих домиков, деревьев и неба с облаками, с солнцем тоже не увижу и не буду знать, что наступает весна...
Я с ужасом огляделся по сторонам. Ярко светило солнце, кругом всё, как и прежде, было спокойно и весело.
"Нет, нет, этого не может быть! - подумал я.- Никто не умрёт: ни я, ни Михалыч, ни мама. Михалыч ведь говорил, что наука в семивёрстных сапогах шагает вперёд. Наверное, к тому времени люди придумают что-нибудь, чтобы никто не умирал". И я, сразу успокоившись, весело осмотрелся по сторонам.
- Михалыч, глядите, глядите, грачи! - закричал я, увидя впереди на дороге двух иссиня-чёрных белоносых птиц.
Михалыч и мама обернулись ко мне. Михалыч укоризненно покачал головой и указал на гроб.
Я сразу притих.
Домой с кладбища все возвращались как будто .успокоенные, даже немного повеселевшие. Мама с Михалычем разговаривали о каких-то своих делах.
"А может быть, смерть и не такая уж страшная вещь, если о ней так скоро все забывают?" - подумал я.
И, как бы отвечая на мои мысли, Михалыч дружески взял меня за плечо и проговорил:
- Так-то, братец ты мой, проводили мы нашего Петра Ивановича. Ну что поделаешь, все там будем.- И, помолчав, добавил: - "Мёртвый в гробе мирно спи, жизнью пользуйся живущий". Великие это слова! Всегда о них помнить надо.
Михалыч огляделся по сторонам.
- Весна. Настоящая весна! - сказал он.- Счастлив тот, кто до неё благополучно дожил.
Когда мы вернулись домой, небо вдруг заволокло тучей. Хлынул дождь, и разразилась гроза. Первая весенняя гроза.
Так я встретил весну, десятую весну моей жизни.
Я от всей души радовался её приходу, радовался даже больше, чем прежде, потому что глубже стал чувствовать, яснее видеть кругом и больше понимать.
Но радость эта была уже не такая, как в прежние годы.
Теперь к этой радости примешивалось и что-то другое, постороннее, совсем не радостное. Оно, как резкие тени в солнечный день, ещё больше подчёркивало всю прелесть света и вместе с тем всё вокруг делало глубже, выпуклее, рельефнее.
- Как ты вытянулся за эту зиму! - удивлялись, встречая меня, знакомые.
- Ты совсем вырос из своей курточки,- огорчалась мама.
Да, за эту зиму я сильно вырос, вырос и не только из своей курточки...
Сам того не понимая, теперь, ранней весной, я как будто вышел из своей уютной детской комнаты и побрёл на поиски новых встреч, новых радостей, разочарований и надежд.
В эту - десятую - весну моей жизни я навсегда простился с детством.
Весна и детство неразлучны
В воспоминании моём.
Вот брызнул дождь из тёплой тучи,
Пронзённой огненным копьём.