Читать «Утро после «Happy End»» онлайн - страница 2

Татьяна Веденская

– Этого мало, – предупреждала меня Динка Дудикова, страшная пессимистка во всем, что не касается лично нее. В отношении себя она теплит более радужные ожидания.

– Нет, он чуткий! Внимательный! Щедрый! – убеждала ее (а заодно и себя) я. Мне это удалось, однако жизнь все расставила все по своим местам. Оказалось, что букеты, конфеты и билеты в театр Костя держал только в качестве арсенала для завоевания женщины его мечты (меня).

– Дорогая, зачем идти в театр? Сегодня по первому каналу Познер! – огорошил он меня практически сразу после прекрасного медового месяца на берегу Красного моря. Это путешествие, если можно так выразиться, триумфально завершило все то прекрасное, что было в наших отношениях. Дальше начались суровые будни. Оказалось, что премьера в Современнике интересует его куда меньше, чем кубок кубков. Что Константин Яковлевич достаточно замкнут и не склонен к долгим задушевным разговорам по ночам. Более того, он даже плохо переносит долгие разговоры по ночам не с ним. Телефонные разговоры его бесили не меньше.

– Дорогая, мне завтра рано вставать. Не могла бы ты завтра обсудить с Диной этого мерзавца – ее начальника.

– Ты не понимаешь! – возмущалась я, потому что его тон явно свидетельствовал о презрительном отношении к Динкиным страданиям. – Он просто негодяй.

– Ага. Это же так подло, хотеть, чтобы твои сотрудники работали, – хихикал муж. В такие моменты я понимала, почему многие мои замужние подруги в день свадьбы смотрели на меня с некоей помесью сочувствия и злорадства.

– Если бы у тебя был ПМС, ты бы так не говорил, – использовала последний аргумент я. Но прошло довольно много времени, прежде чем я окончательно поняла, а, главное, приняла, что мой муж, не смотря на его внешнюю интеллигентность и корректность, не считает женские проблемы – заслуживающими внимания, а женский труд – заслуживающим уважения.

– Ты – шовинист! – кричала я, норовя разбить посуду.

– Может, дать тебе пластиковых тарелок? – спокойно интересовался он. – А то потом сама плакать будешь.

– Ну и пусть, – сцепляла зубы я.

– Вот в этом ты вся. Сначала наворотить дел, не думая о последствиях, а потом рыдать, перебирая осколки, – довольно восклицал он и отбывал к телевизору смотреть свои бесконечные новости. Тут уже я принималась зевать и тихонько отползать с трубкой радиотелефона в туалет. Кесарю – кесарево, а мне – мое. Динка меня поддерживала, как могла. Она говорила, что семейное счастье крепнет с годами. Что надо принимать человека таким, какой он есть и что это вовсе не преступление – не делиться с женой самым сокровенным, даже если она (жена) готова выслушивать его хоть каждый день.

– Ну не общительный он у тебя, ну и что же?

– Ладно, – кивала я. В конце концов, раз уж ночью я испытываю странный необъяснимый трепет, когда смотрю на безоружного беззащитно спящего Костю, значит, во всем этом есть какой-то смысл. И, кроме того, он умный, надежный, неплохо зарабатывает и по большому счету хочет того же, о чем мечтаю и я. А мечта моя носила совершенно определенный характер. Может, кому-то покажется банальным, но мне кажется, что такое может счесть банальным только тот, у кого это уже есть. Московская квартира! Норма жизни, причем привычная и беспрестанно критикуемая теми, кто привык пользоваться ей от рождения и притча во языцех для нас. Всех тех, кто приехал в свое время покорять Москву в поисках лучшей жизни. Со мной это случилось десять лет назад. Я покинула родную квартирку в легендарном городке «Петушки», что во Владимирской области, и переступила порог Курского вокзала. Зачем? Да-да, где родился, там и пригодился, все эти басни мне рассказывала еще моя прабабушка, которая никак не могла взять в толк, зачем переться так далеко, когда и здесь можно жить. Но меня, при моей жажде познания себя и мира, который меня окружает, было недостаточно только наличия привокзальной площади с пивной посередине, нескольких маленьких улиц и сомнительной славы, которая неожиданно накрыла наш городок после выхода в свет нетленного произведения Венедикта Ерофеева «Москва – Петушки».