Читать «Автомобиль Ионна Крестителя» онлайн - страница 13
Елена Басманова
Вошедшему Спиридону указал на стул. Внимательно рассмотрел парня: тот сидел, опустив глаза, и тяжело вздыхал. Парень ладный, аккуратный.
– Тебе хорошо, Спиридон, – наконец изрек Вирхов, – про тебя в газетах пакости не пишут.
– Дык ведь я не знал, ваше превосходительство, что такая несуразная путаница вышла. Приискал новому жильцу по просьбе господина Рымши кухарку, дык ведь… Манефу давненько знаю, она уж не у одних господ здесь прислуживала. Работящая девушка, симпатичная.
– Что-то я этого не заметил, – Вирхов недоуменно покачал головой, – истинная фурия. – И увидев легкий румянец на щеках парня, спросил: – Или впутала она тебя в дела сердечные?
Парень молчал.
– Вижу, впутала, – утвердительно заявил Вирхов. – Прости, братец, если что не так сказал. Но больно уж она неласкова.
– Напрасно вы думаете, что это она сгубила барина. Она не такая. Не могла она, я-то знаю.
– Говори яснее.
– Покойный-то умер после полуночи.
– Откуда ты знаешь? – перебил его следователь.
– Труп-то сильно окоченел, когда полиция приехала.
Вирхов промолчал, проклиная в душе эскулапов, которые до сих пор не произвели вскрытия, чтобы уточнить время и причину смерти. Хотя первоначально полицейский врач тоже утверждал, что смерть наступила между двенадцатью и двумя часами ночи.
– Ты это слышал во время дознания, – предположил Вирхов. – А после двенадцати, надо полагать, Манефа почивала сладким безгрешным сном в своей каморке у черного входа.
– Нет, – Спиридон покраснел еще гуще, – она с десяти часов в моей комнатенке была. Намерены вскорости обвенчаться.
– Та-а-к, – протянул Вирхов, – а пока незаконно сожительствуете.
– Для законного брака надо сперва на ноги встать, – с достоинством ответил Спиридон, – а сердцу не прикажешь. Отмолим грех.
– Ладно. – Вирхов махнул рукой. – А не могло ли быть так, что Манефа твоя сначала довела барина своим злоязычием до разрыва сердца, а потом к тебе отправилась?
– Что вы, ваше превосходительство, она с барином и не разговаривала вовсе. Готовила ужин, собирала в столовой закуску, если гости ожидались…
– То есть у Манефы не было причин ненавидеть покойного? Кстати, не балуется ли она книжонками бульварными?
Спиридон вздохнул.
– Почитывает. Недавно рассказывала мне презанятную историю «Бойкие тюлени».
– Та-а-к… – Вирхов многозначительно глянул на Тернова, который на миг оторвался от протокола. – И господина Конан Дойла читает?
– Это вы у нее спросите. Вроде говорила, взяла у маменьки про автомобиль Иоанна Крестителя.
Вирхов закусил нижнюю губу и с минуту рассматривал дворника. Он представлял себе, как зловредная кухарка, обиженная издателем Сайкиным – может, и домогавшимся ядреной бабенки, – напоила сладострастника ядовитой кислотой, принесенной ею во флаконе под видом водки, а когда барин рухнул на ковер, облила его лицо чернилами и, давая выход своей неуемной злости, вынула из кармашка фартука книжку Конан Дойла и со злости разорвала ее прямо над трупом. Стаканы – улику, изобличающую ее, отнесла и вымыла, флакон протерла фартуком. Затем, довольная отмщением, отправилась на свидание к Спиридону в дворницкую. Может, и рассказала дружку о содеянном. Да разве он признается? Покрывать будет, несомненно, не выдаст.