Читать «Клятва на мече» онлайн - страница 206
Николай Буянов
Колесников криво усмехнулся:
– Дедукция, Ватсон. Чистой воды дедукция. Теперь я, кажется, все знаю… Кроме самого главного: где Аленка. Я был неправ: я думал, что Аленку решили использовать из-за ее сходства с кем-то – внешнего сходства, я имею в виду. Единственное логичное объяснение. Только ведь тот, кто за всем этим стоит, логике не поддается. У него больной ум. Отравленный.
– Чем отравленный? – не понял Туровский.
– Ненавистью.
На лестничной площадке, у окна на улицу, безмолвно стоял Чонг. Он требовательно и выжидающе смотрел на Колесникова, и тот вновь ощутил, как в тело вливаются энергия и непонятно как и когда обретенные знания. Он чувствовал единение двух душ, затерянных на стыке миров.
– Постой! – крикнул сверху Туровский. – Я вспомнил, как звали тренера! То есть его настоящее имя.
Колесников оглянулся:
– Будь осторожен, хорошо? Имей в виду, ты намечен следующей жертвой. Жрец ненавидит меня лично. Отсюда его желание завладеть Аленой. Не просто завладеть – заставить ее убить тебя. Нанести мне удар. Убивать меня ему невыгодно: банально, неинтересно… А вот превратить мою дочь в зомби, сделать убийцей моего друга…
Сергей Павлович подошел к Колесникову и положил руку ему на плечо. Они поняли друг друга без слов.
– Спасибо тебе, друг детства. Удачи!
– И тебе удачи.
Глава 16
АЛЕНКА
Аленке не было нужды смотреть на фотографию – она прочно запечатлела ее в памяти. И все же она бросила взгляд. Черная борода. Черные с проседью волосы, короткая стрижка. Прямой тонкий нос, широко расставленные глаза. Небольшой шрам на правой скуле. Каюм Сахов, партнер Олега Германовича Воронова по оружейному бизнесу. Человек, которого необходимо убрать.
Ее передавали из рук в руки, словно эстафетную палочку. На окраине фронтового города встретили без эмоций, накормили, велели переодеться и загримироваться. Вскоре она превратилась в преждевременно постаревшую чеченку (ах, война! что ж ты, подлая, сделала?), закутанную с ног до головы в грязное тряпье. До места она добиралась уже сама. Несколько раз ее останавливали и обыскивали патрули – и чеченские, и федеральные – но отпускали, не обнаружив криминала. («Тебя могут раздеть догола, – говорил Жрец голосом пожилого школьного учителя, – ощупать каждый шов в одежде, каждую крошку в карманах, но ни одна деталь, даже самая мелкая, не должна даже на секунду задержать взгляд…»)
Она наблюдала за домом почти сутки, сидя в полуразрушенной пятиэтажке напротив: снаряд угодил в стену, вывернув порядочный кусок, и теперь внутренности чьей-то некогда богатой квартиры неприлично торчали наружу. Аленка пошла по парадоксальному пути, выбрав для себя именно это открытое для обзора место, спрятавшись за перевернутым шкафом. В доме напротив располагался штаб боевиков. Здесь было сравнительно тихо: взрывы и автоматная трескотня долетали сюда как ненавязчивый саундтрек к какому-нибудь фильму про войну, не ощущалась опасность. Само собой: кто же устраивает штаб на передовой?