Читать «Dominium. Дороги в тенях» онлайн - страница 25
Игорь Ривер
– Фенотип.
– Он самый. Причем поведение – тоже часть фенотипа. Например крыса копает нору. Она таким образом приспосабливается к условиям обитания. Если бы она построила железобетонный бункер, то крысой бы ее уже не считали. Чем фенотип богаче, тем легче происходит мутация. Человека очень легко изменить, а поскольку фенотип тесно связан с генотипом, то при больших его изменениях получится нечто, мало напоминающее исходный организм. В общем можно улучшить зрение, слух, обоняние, физическую силу, но только до определенного предела. Шарик не должен покинуть потенциальную яму, иначе назад он может и не вернуться, потому что получившееся существо может разучиться мыслить.
– И таким и останется. Я поняла.
– Формально мы остаемся людьми, несмотря на небольшие отличия вроде ограниченной телепатии и эмпатии. Четыре "смежных" потенциальных зоны это: шнорхи, кровоеды, гипнотизеры и монахи. Изменения, соответственно, в стороны силы и ловкости, маскировки, контроля и защиты дошли до предела и перестали быть обратимыми. Соответственно мутанты более не могут считаться подвидом человека разумного и хотя монахи, в отличии от первых трех видов, разумны и теоретически могут мутировать обратно в людей, но у них очень высокая сопротивляемость биополю, поэтому у них это не получается. В Промзоне просто нет таких мест, где его напряженность столь велика.
– Да, Ван рассказывал. Даже нарисовать их пытался.
– Но с нашей работой все и так ясно. Ситуация в кластерах ухудшается, хотя и медленно. Это неизбежно, ухудшение можно только замедлить, но пока нужно определить, что могут сделать люди, если их это коснется напрямую. Генетическая социология – только одно из направлений исследований. А вот вас то зачем в Промзону послали?
– Осмотреться. Вступить в контакт с лидерами группировок. Определить возможность развертывания научного комплекса.
– Исчерпывающе. Но первое вы сделали. Для второго нет особой необходимости лезть в Промзону. Это можно сделать и за периметром. Третье – да, возможно. На любой из баз группировок. Можем идти обратно.
– Но мы должны…
– А если вам придется идти в одиночестве? Ван поступит, как я скажу, а я скажу, чтобы он бросил это дело к черту. Пойми правильно, Гюрза, вы и так чудом не погибли, а ведь всего двое суток прошло. Вы не просто солдаты. Если ваша группа пропадет в Промзоне, то кому все это предъявят те, кто вас послал? И чем это кончится для группировок?
– Ничем. Будет сформирована новая группа.
– По принципу "потерь не считать"?
– Опыт будет учтен.
– Но чтобы этот опыт накопить, вам надо вернуться. Говорю тебе: возвращайтесь. Напишите рапорты, подготовьтесь и тогда делайте вторую попытку.
– Нет. У нас приказ. Я буду его выполнять, даже если мне придется идти одной. Если что то нужно конкретно для тебя, чтобы ты нас сопровождал, то…
– Нужно. Твоя прокладка.
– Что-о-о!?
У нее красивые глаза, а сейчас, когда они расширены от удивления, они еще красивее. Ей идет удивляться.