Читать «Кремль 2222. Ладога» онлайн - страница 71

Андрей Анатольевич Посняков

– Стоп! – глянув на шама, быстро приказал Кирилл. – Уходим. Давайте все к реке. Живо…

– Ай!

Кто-то вскрикнул. Да и самого Кира что словно бы ударило по голове. Все перед глазами вдруг помутилось, рванула к глазам трава…

– К реке! Живее!

Сотник очнулся у самой воды, слетев кубарем с кручи. Бока побаливали, а вот с головой все стало в порядке – ничто не давило, не мутило, не двоилось в глазах. Как видно, небольшой изгиб местности все же защищал от воздействия… Даже шам – и тот оклемался, правда, на него жалко было смотреть. Лицо его, и без того по-лошадиному вытянутое, еще больше осунулось и позеленело, глазные щупальца безвольно повисли, в единственном оке сиял страх!

– В крепости сильный телепат? – быстро спросил Кир.

Наг тряхнул головой:

– Очень! Нам всем надо поскорей уходить.

Они все же успели. Ушли, пробираясь берегом, у самой кромки воды. Бежали, проваливаясь по колено в вязкую жижу, разбивая штыками густые заросли ив. Взгромоздились на плот… Кир махнул рукою парням на том берегу. Те увидали командира в бинокль и все поняли правильно. Потянули веревку. Поплыл, набирая скорость, плот…

Перебравшись через реку, тоже не копошились, как можно скорее подались к дальнему лесу. Там и укрылись, перевели дух. Но только добравшись до болотного берега Комариной реки, поняли, что ушли.

* * *

В узилище вновь заглянули утром. Опять – бить? Странно, но за бессонные ночи Алексия вдруг обрела способность соображать. Рассуждала здраво и несколько отстраненно, словно бы все, что сейчас делалось, происходило вовсе не с ней… и не с Сержем. Ах, бедный, бедный Серж!

А ну-ка, не ныть! Не вспоминать. Потом как-нибудь помянуть, вспомнить. А сейчас лучше думать, как отомстить. Бьют – да. Но если подумать, то как-то странно, щадяще. Ни одного зуба не выбили, не сломали ни одного ребра. Даже нос – и тот не раскровянили. Одни синяки. Но издевались, да… Раздели, лапали, изваляли в навозе… И не больше!

– Встать!

Снова все те же дюжие парни. Снова удары.

– Кому сказал, падла, – подъем!

Руки за спиной стягивали ремни. Крепкие, сыромятные. Ночью Лекса пробовала развязать их зубами – не вышло. А так бы набросилась на кого-нибудь… А ну-ка…

– Ах ты, тварь!

Удар в челюсть. Сильный, злобный, такой, что зеленые звездочки в глазах.

– А ну, прекратить!

– Господин десятник. Она меня только что укусила! Вон, все подтвердят…

– Молчать! Во двор ее, живо.

На плечи избитой узнице накинули какую-то мешковину. Прикрыли наготу, верно, чтоб не пробуждать излишнего любопытства в строителях. Повели куда-то мимо воротной башни… Что, уже? Уже – все? Неужели и впрямь – на кол?

Представив всю процедуру предстоящей казни, Алексия невольно поежилась. Надо было что-то делать, предпринимать – срочно! Пнуть ногой того, что слева… укусить за шею правого… нарваться на копье или нож… Лучше уж такая смерть, чем…

– Туда заходи, – останавливаясь перед небольшим бревенчатым домиком, указал копьем десятник. – Ну, что стоишь-то? Живо!

Сказал и подтолкнул. Без всякой, впрочем, злобы. Легонько.

Девушка могла бы и не идти. Повернулась бы, ударила ближайшего стражника головою, извернулась бы… и получила б ногой в живот. Или – копьем в шею. Так пусть так! Хоть не на кол…