Читать «Страницы альбома» онлайн - страница 3
Ольга Николаевна Ларионова
Когда-то (может быть, еще до школы) он уже видел подобные рисунки — в альбоме, который ему дали посмотреть. Тогда он еще не умел читать и фамилия художника осталась ему неизвестной. Но картины жили в памяти — не похожие ни на что другое, не встреченные больше ни в одном музее.
И еще одно поражало Ивика: вероятно, смутные видения в глубине закрытых век видели многие, а может быть, и все люди. Но почему же только для них двоих — для Ивика и для того сказочного художника — они сложились в один целостный мир, почти земной?.. Почти.
Для Ивика в эти минуты, кроме реального окружающего мира, существовал еще и второй — объемный и красочный мир фосфенов.
Объемный. Красочный. Осязаемый.
Сегодняшний урок стал своеобразным патентом на право существования этого второго мира. И сейчас он тоже здесь, в том же самом объеме, где разместились его класс, и школа, и набережная… Ивик даже съежился от этого ощущения. Высоты он никогда не боялся, но при взгляде вниз у него появилось щемящее, сладковатое томление по несбывшемуся полету, и нечто похожее испытывал он и сейчас.
Хотя почему несбывшемуся?
Сноп искр вихрился в зеленоватой глубине, постепенно удаляясь, вытягиваясь в пепельный таинственный коридор. В него надо было успеть войти прежде, чем он совсем погаснет, и мальчик, прикрыв ладонью глаза, чтобы никто не видел его сомкнутых век, поднялся со своего места.
— Что тебе, Ивик? Я сказал — вопросы на переменке.
— Мне… нехорошо. Можно, я выйду?
— Да, да, конечно. Тебя проводить? Мальчики…
— Нет! Не надо. Я сам.
Дверь-то рядом, вот она уже и за спиной, и шершавенькая шкурка коридорной стены, и сумеречный тоннель, уходящий в непроглядную темноту. Ивик продолжал бесшумно скользить к выходу, не замечая, что давно уже приоткрыл глаза — между притягательной глубиной, манившей его в иллюзорную даль, и этими неосвещенными сводами старинного школьного здания не было больше никакого различия. Он скорее нащупал, чем разглядел узенькую дверцу запасного выхода — и вот он уже был на набережной.
Обыденность полупустой набережной, которую он видел каких-нибудь сорок минут назад, направляясь в школу, поразила его больше, чем огненное лавовое поле или чернота космического пространства. Но ничего этого не было, а привычно маячил гриновский силуэт одинокой баркентины, примостившейся где-то за неуклюжим морским буксиром и плавучим рестораном. Баркентина принадлежала морскому училищу, расположенному правее, ближе к Горному институту; перед этим училищем, сурово обозревая плавучие краны завода «Судоверфь», отчужденно томился на гранитном постаменте прославленный мореплаватель, известный Ивику только своей длинной и неудобопроизносимой фамилией, да еще тем, что лихие курсанты-выпускники накануне праздничного прощального вечера обязательно натягивали на его бронзовые плечи форменную полосатую тельняшку.