Читать «Промысел Господень: Летописи крови» онлайн - страница 88

Евгений Таранцев

— Как насчет красного чая? Очень тонизирует.

— Прекрасно.

Пока Стокер прикуривал, в комнату вошел еще один старик и вкатил сервировочный столик с большим фарфоровым подносом. На нем стоял чайник, две пиалы, мисочки с медом и рублеными листьями чая.

Маленькой ложечкой он насыпал чай в пиалы, залил их водой, потом поставил чай на широкие подлокотники кресел. Затем старик поклонился Язу и вышел.

— Попробуйте чай с медом.

— Благодарю. — Стокер последовал совету и отметил, что лучшего чая он еще не пил.

— Я вернусь к заданному вами вопросу. — Яз в последний раз пригубил чай и поставил пиалу на подлокотник. — Итак, все происходящее может показаться вам волей случая. Пусть так. Это не главное. Главное то, что брат Хант утверждает, что вы наделены качествами, весьма полезными для деятельности клуба.

— Это какими же?

— Всему свое время. Наш клуб, как я уже говорил, имеет свою, достаточно важную и интересную миссию. Мы — архивариусы очень влиятельной организации. Из года в год на протяжении не одной тысячи лет мы ведем хронику братства каинитов.

— Простите, что перебиваю, вы сказали «каинитов»? Потомков библейского Каина?

— Нет, не совсем так. Хотя название братства берет свое начало от него не случайно. Об этом я расскажу позже.

— Прежде чем вы продолжите, у меня есть еще один вопрос. Каиниты… не замешаны ли они в том деле, о котором я совсем недавно читал?

— Орбитальный вампиризм. Процесс, наделавший шуму 20 лет назад. Да, они имеют к нему непосредственное отношение.

9

Компас Ведьм представлял собой две квадратные рамы разного размера, насаженные на общую ось. Квадрат меньшего размера вращался внутри большего в противофазе. Вокруг основания их оси, в медном пандусе был проделан круговой желоб, в который надо было нацедить ихор каинита. Таковой получался путем особой дистилляции крови вампира. Когда Компас находился рядом с каинитом-донором, его квадраты вращались с полным циклом, равным трем минутам, по мере приближения к цели скорость их вращения росла. Таким образом определялось расстояние до «адресата».

Сейчас квадраты вращались со скоростью, равной трем четвертям предельной. Таким образом, Стокеру оставалось совсем чуть-чуть до логова Патриархов.

С каждой минутой в его голове росло сомнение. Насколько привередливы Патриархи к карме своего сына? Насколько глубока их разборчивость? Насколько грешен он сам в их глазах? Одни только вопросы. Ответы на них не так уж и легки, они не зависят от вопрошающего. Но они определяют его судьбу.

Смерть от потери уз длинна и мучительна. Она похожа на то, как высыхает организм, измученный жаждой. Но в отличие от простого голода, нехватки чужой крови в организме, эту жажду нельзя утолить естественным для вампира путем. Сколько бы крови он ни выпил, скольких бы ни убил при этом — все тщетно. И только высшие из рода каинитов могут избавить его страданий, дав шанс второго перерождения.

Стокер разрывался на части. Страх перед неминуемой гибелью гнал его вперед. Чувство опоздания, ощущение того, что губительный процесс уже не остановить известными ему способами, сжигало мозг изнутри. Но было ли оно сильнее страха нашкодившего ребенка перед гневом родителей? Кто знает…