Читать «Взорванная тишина (сборник)» онлайн - страница 137
Виктор Елисеевич Дьяков
От всего этого голова Николая шла кругом, нервы были на пределе. Его бесила трусливая пассивность соседей, по старой советской привычке надеющихся на власть. А власть… местные начальники сохраняли «олимпийское» спокойствие – пришельцы, как правило, строго настрого запрещали своей молодой поросли трогать родню и детей крупных гражданских и милицейских чиновников. Губернатор края, правда, с высокой трибуны заявил, что происходит тихое вытеснение русского населения с черноморского побережья… Но дальше слов дело не шло. Выходцы из Закавказья продолжали без лишней суеты скупать дома, землю, заселяться со своими многочисленными чадами и домочадцами. Там, откуда они бежали, где сараи были лучше, чем дома в России, жить после развала Союза стало очень тяжело… голодно, холодно, темно. Из России больше не шли потоком дешёвые газ, электричество, хлеб… взамен поставляемых втридорога цитрусовых. Железная дорога на Сухуми и дальше, по которой шёл основной поток этого «товарообмена», позволяющий «захребетным» республикам сытно и безбедно существовать в советское время… Эта дорога заросла травой и по ней уже не ходили поезда.
В такой «критический» момент Николай встретил своего бывшего одноклассника. Фёдор в школьные годы слыл первым хулиганом. Из школы его «вытурили» в восьмом. Потом он «загудел» на «малолетку» за какую-то кражу. Через два года вышел и снова сел уже во взрослую колонию. Пока Николай служил в Армии, Фёдор, что называется, служил в «других войсках». Бывшие одноклассники зашли в кафе заказали вина, разговорились. Вернее говорил в основном Николай. Он возмущался, стучал кулаком по столу, чуть не плача от негодования и бессилия… Федор не поддался его эмоциональному настрою. Он лишь посмеивался, а когда пришла пора расплачиваться остановил руку Николая, полезшим за последними рублями:
– Не надо… я угощаю.
Когда вышли из кафе, Фёдор уверенным голосом пожившего человека заявил:
– Вот что Коля, не хочешь бедным и больным жить, как все лохи, надо либо начальником, либо вором становиться, иначе бабки не сделать. Начальниками нам никак не стать, остаётся…
Фёдор предложил организовать кодлу и «трясти» богатых. Тогда в хмельной голове Николая сама собой возникла ассоциация – богатые, это в основном нерусские. И он рвался их бить, грабить, этих пришельцев, что обустраивались на его Родине «всерьёз и надолго». Николай с радостью принял предложение…
В кодлу входили пять человек. Они на старенькой «Ниве» мотались по побережью, выискивая объекты для нападения. Изо всей пятёрки только сам Фёдор имел опыт пребывания в «зоне», остальные являлись «любителями». Естественно, авторитет «атамана» был непререкаем. Тем не менее Николай на заре их «деятельности» сделал попытку стать чем-то вроде мозгового центра. Сначала он предложил «наехать» на азербайджанцев, скупающих на границе у абхазов дешёвые мандарины и потом отправляющих их из Адлера вагонами в Москву, заставить платить дань. Фёдор в ответ рассмеялся, и без объяснения причин отклонил этот план. Тогда Николай предложил «тряхнуть» известных ему богатых армян, купивших дома. И снова план был отвергнут… В конце-концов Фёдор указал прожектёру его место: