Читать «Сто рассказов о войне» онлайн - страница 50

Сергей Петрович Алексеев

— Раз, два, взяли! Раз, два, взяли! Красивый в кавалерии, сильный в артиллерии. Раз, два, взяли! Раз, два, взяли!

Отходили солдаты.

Разное было в пути-дороге. Вначале, когда шли по Кубанским степям, артиллеристы на орудийных передках, на лафетах ехали. Потом, когда начались отроги Кавказских гор, — пешком, рядом с лошадьми стали идти солдаты. Все круче пошли подъемы. Все труднее лошадиным упряжкам тащить орудия. Помогают солдаты теперь лошадям. Сами впряглись в орудия. То лошадям, то себе командуют:

— Эй, саврасые, эй, буланые! Дружней, вороные, каурые!

— Эй, белобрысые, эй, чернявые! Налегай, синеокие, кареокие, голубоглазые!

Дальше и вовсе дороги кончились. Распрягли лошадей солдаты. Сами тащат теперь орудия. Слышится голос Нико Долидзе:

— Красивый в кавалерии, сильный в артиллерии. Раз, два, взяли! Раз, два, взяли!

Кончились тропы. Кручи пошли, уступы. Посовещались артиллеристы, на руках понесли орудия. Разобрали на части пушки. Колеса отдельно, стволы отдельно, лафеты отдельно, снаряды отдельно. Взвалили на плечи стальную ношу. Упрямо идут вперед.

Вот и вовсе солдат обступили утесы, скалы. Как же пушки — сюда, на скалы?

Неутомимы солдаты:

— Тащи веревки! — кричит Долидзе.

Привязали солдаты веревки к орудийным стволам, к лафетам.

Слышится голос Нико Долидзе:

— Красивый в кавалерии, сильный в артиллерии. Раз, два, взяли! Раз, два, взяли!

Ухватились за веревки артиллеристы. Ползут на утесы, на скалы стволы, лафеты.

Установили солдаты орудия там — высоко в горах. Огнем артиллерийским фашистов встретили.

Хвалили командиры Нико Долидзе. Хвалили других солдат:

— Богатыри! Герои!

Смущались солдаты, смущался Нико Долидзе.

— Красивый в кавалерии, сильный в артиллерии.

Стоят они сильные и красивые.

КРЕСТ НА ПЕРЕВАЛЕ

Бои с фашистами шли в Суарском ущелье. Пытались фашисты через Суарское ущелье прорваться к Военно-Грузинской дороге. Эта дорога через горы, через Крестовый перевал ведет к Тбилиси.

Сражались здесь части, составленные из моряков-черноморцев и курсантов военно-морских училищ.

Места для бойцов новые, незнакомые.

Сообщили воинам-морякам:

— Прибудут проводники. Местные жители. Партизаны.

И верно: вскоре прибыл один из проводников. Глянули воины на партизана: старик стариком, борода до пояса.

— Отец, сколько ж тебе годов?!

— Восемьдесят, — важно сказал старик.

Прибыл второй проводник. Глянули воины на партизана: а этот еще древнее.

— Отец, сколько ж тебе годов?!

— Девяносто, — важно сказал старик.

Третий посланец прибыл. Глянули воины на партизана: ну, право, столетний явился дед.

Так и есть.

— Отец, сколько ж тебе годов?!

— Сто, — важно ответил дед.

Звали старика Тасолтан Апаевич Базров.

— Ну куда же тебе в партизаны?!

Старик начал сердиться:

— Война. Разве могу я голову под шкуру баранью спрятать!

Был он в черкеске, в папахе, кинжал на ремне у пояса. Ружье на плече висело.

Посмотрели бойцы на ружье. Старше деда ружье — кремневое.

Хотя и сто лет Тасолтану Базрову, однако оказался он на редкость подвижным, на редкость выносливым.