Читать «Кукольник. Куколка. Кукольных дел мастер» онлайн - страница 116

Генри Лайон Олди

Почему именно блондинку, сказать трудно. Эмма Лаури, например, специально покрасилась ради этого случая, сменив черную масть на платиновую челку. А вот почему невропастку — ясней ясного.

Для Венечки, милого дружка. Чтоб не заикался.

Маэстро Карла граф заказывал для себя.

…Приснитесь мне нелепой, небывалой, Невиданной нигде и никогда, Предчувствием вселенского обвала Шепните: «Да…»

Венечка помолчал, прислушиваясь к отзвукам собственного голоса — ровного, внятного, без малейших признаков фатального заикания. Дождался, пока Илья оборвет замысловатый пассаж. И тихо закончил:

Слова — оправа вечности резная. Приснитесь мне, сама того не зная.

После этого гости и хозяин яхты бурно проявляли восторг, хлопали Венечку по плечам и спине, дамы целовали смутившегося гения в щечку, брызнувшую совсем уж морковным румянцем; и Аркадий Викторович возгласил здравицу в честь «украшения наших серых будней».

Украшение смутилось окончательно.

Стало ясно, что в ближайшие полчаса никаких стихов от него никто не дождется, хоть три блондинки-кукольницы к этому приспособь. Любому искусству есть предел: и для поэта Золотого, и для невропастки Лаури.

Вакханалия изящной словесности мало интересовала Лючано. Он пригубил вина, мельком оценив тонкую работу маэстро Карла, корректирующего моторику его сиятельства. При помощи маэстро Аркадий Викторович сумел встать из специально оборудованного кресла, не прибегая к хитрой машинерии, поднять бокал и осушить его одним махом.

Ни капли не расплескал, вояка.

«Браво!» — мысленно крикнул Лючано. Маэстро Карл еле-еле наклонил седую голову, благодаря ученика за комплимент. Оба знали: работать больную куклу — высший пилотаж для кукольника. Долго корректировать нарушения такого плана нереально. Невропаст — не святой Лука, который заставил паралитика сплясать тарантеллу.

Вмешательство кукольника поможет сутулому на время обрести гордую осанку, но оно не выпрямит горбуна. С людьми, имеющими телесные недостатки, работают по особой методике.

Коррекция немощных — «точечное» искусство.

Вошел в контакт, быстро сделал, что в твоих силах, — минута, другая, и контакт следует прекратить без отлагательств. Раз за разом: коррекция, пауза, вмешательство, отход на безопасную позицию… Обоим — и кукле, и кукольнику — требуется отдых после самого кратковременного «срастания». Иначе первому грозит осложнение болезни, а второму — нервное истощение.

Адова работенка.

Лючано уже имел честь раньше видеть графа Мальцова. Трижды — до заключения в Мей-Гиле, дважды — после. И всегда поражался, как маэстро Карлу удается сводить к минимуму двигательные проблемы Аркадия Викторовича.

Честно говоря, набор этих проблем заставил бы спасовать кого угодно.

Скованность мышц, вечный тремор. Движения пальцев рук напоминают счет денег. «Шаркающая» походка, когда у графа наступал период облегчения и он покидал кресло. Амимия лица — так называемое «крашеное яйцо». Трудности с началом любого движения — и аналогичные трудности с завершением. Его сиятельству, например, было одинаково сложно как пойти по прямой дороге, так и затем остановиться…