Читать «Простодушный дон Рафаэль, охотник и игрок» онлайн

Мигель де Унамуно

Мигель де Унамуно

Простодушный дон Рафаэль, охотник и игрок

Когда думы уносили его в прошлое и воспоминания о минувшей любви наполняли его душу, он острее чувствовал бег времени, скольжение пустых, легких, как воздух, часов.

Те глаза! Они уже не светили ему, они остались где-то там, в туманной дали, угаснувшие для него навсегда, и эхо забытых слов звучало глухо, как за горою шум моря. И только в самой глубине его сердца что-то звучало. Шепот скрытых родников.

Жизнь была пуста, и он был один, совсем один. Один, наедине со своей жизнью… Чтобы хоть чем-то заполнить ее, он ходил на охоту и играл в ломбер. И все-таки он не был печален. Душа его была проста, и это героическое простодушие не желало знать о печали. Когда кто-нибудь из его партнеров по игре старался найти карту, чтобы забрать все взятки, дон Рафаэль обычно повторял, что есть вещи, которых искать не следует: они приходят сами. Он был провиденциалистом, то есть верил во всемогущество случая. Может быть, верил только для того, чтобы во что-то верить и занять чем-то свои мысли.

– И почему вы не женитесь? – поджав губы, спросила его однажды экономка.

– А почему я должен жениться?

– ^Может быть, тогда вы не будете ходить как потерянный.

– Есть вещи, сеньора Рохелия, которых не следует искать: они сами приходят.

– Вот именно, когда уже и не думаешь о них.

– Да, как в игре! Но, видите ли, есть причина, которая заставляет меня думать об этом…

– Что же это за причина?

– Я хочу умереть спокойно, ab intestato.

– Ну и причина! – воскликнула встревоженная экономка.

– Для меня она единственно стоящая, – ответил он, смутно ощущая, что важны вовсе не причины, а то значение, которое придается им.

Сверток на пороге его дома. Он нагнулся, чтобы лучше разглядеть. Что-то шевельнулось там, внутри. Как воспоминание. Да, сверток шевелился. Он поднял его: теплый. Развернул: новорожденный. Он все смотрел и смотрел, и в сердце своем он уже ощущал не только шепот, но и свежесть пробивающихся родников. «Славную дичь послала мне судьба», – подумал он.

Дон Рафаэль вернулся домой с ружьем на ремне, держа в руках сверток. Он поднялся по лестнице на цыпочках, – чтобы то, что лежало в свертке, не проснулось, – и несколько раз тихо постучал в дверь.

– Вот я принес это, – сказал он экономке.

– А это что такое?

– Кажется, ребенок…

– Только кажется?…

– Его оставили на крыльце.

– А что же нам делать с ним?

– Ну… что делать? Очень просто: воспитывать!

– Кто будет воспитывать?

– Мы оба.

– Я? Я не буду!

– Найдем кормилицу.

– Да в своем ли вы уме, сеньорито! Прежде всего нужно поставить в известность судью, а этого – в приют!

– Бедняжечка! Нет, только не в приют.

– Конечно, хозяин здесь вы.

Первые дни ребенка из милосердия кормила соседка, но вскоре врач дона Рафаэля нашел чудесную кормилицу – молодую одинокую женщину, которая только что произвела на свет мертвого ребенка.

– Как кормилица она превосходна, – сказал дону Рафаэлю врач, – а как человек… Видишь ли, оступиться может каждый.

– Только не я, – ответил с присущим ему простодушием дон Рафаэль.

– Лучше всего было бы, – сказала экономка, – чтобы она взяла его воспитывать к себе.