Читать «Кровь и песок (сборник)» онлайн - страница 7

Тимур Леонидович Лукьянов

Предателя взяли во время очередной вылазки мусульман, рядом с небольшим замком братства в горах, куда этот человек намеревался провести врагов по тайному подземному ходу, дабы застать тамплиеров врасплох. То не просто был предатель христианской веры, а хуже, ведь семь лет назад этот человек сам был братом ордена. И судить этого человека могли только уполномоченные представители братства. Роберт знал, что пойманный — перебежчик, принявший ислам и присягнувший своим мечом эмиру Хомса, Халеду Абу-Бекру. Воины эмира — не простые сарацины, а осевшие кочевники турки-сельджуки, народ жестокий, язычники, убийцы и работорговцы. Они воевали не только против христиан Леванта, но и против правителей Каира и Дамаска. Говорили, что их женщины настолько уродливы, что всегда прячут лица под паранджой.

Наконец небольшой отряд въехал в замок. Запахи нечистот витали в нагретом воздухе. За высокими крепостными стенами слабенький ветерок едва чувствовался. Всадники спешились. Человек, прикованный железной цепью к стене в ожидании орденского правосудия, оказался еще достаточно молодым, полным сил и высоким. Он был одет в белое, как и подобает брату-тамплиеру. Только вот орденских крестов не было на его одежде, а плащ был весь выпачкан. Пожилой командор велел отковать цепь от стены и подвести пленника к судьям.

Командор пристально смотрел на предателя. Длинные волосы командора спадали вдоль его щек и переходили в седую бороду, делая лицо пожилого рыцаря еще длиннее. Он выглядел значительно старше своих пятидесяти лет. Синие глаза командора взирали жестко, сейчас он совсем не был похож на доброго ветерана, терпеливо рассказывающего молодым братьям ордена об особенностях службы. Командор казался свирепым и страшным воплощением гнева Господня.

— Господь милосерден, он прощает почти всех, но Иуду Он не простил, — прозвучали в тишине слова командора.

Суд над предателем начался. Как удары бичей звучали вопросы трех рыцарей-судей, и не было внятных ответов на них. Речь шла о том, какие блага получил перебежчик за свое предательство от эмира Хомса. Но все эти вопросы уже не имели значения, ибо участь обвиняемого была предопределена: решение по его делу приняли еще на капитуле. Наконец, когда приговор был зачитан, командор спросил приговоренного:

— Раскаиваешься ли ты в своих деяниях перед смертью и признаешь ли Иисуса Христа Господом?

— Нет, — сказал приговоренный, гордо подняв голову, — я не раскаиваюсь и умру с именем Аллаха.

— Но почему? — не выдержал командор и спросил то, что хотели бы спросить у приговоренного все присутствующие.

— Потому что вы, христиане, живете как собаки, а я изведал жизнь настоящую. У меня было четыре жены, я оставил пятерых наследников, у меня был прекрасный дом с садом, и я не жалею, что принял ислам, — сказал предатель.

— Раз так, то место твое в аду, вероотступник, — проговорил командор, и лицо его побледнело от праведного гнева. Он отдал приказ, и двое дюжих сержантов в черных одеяниях потащили обвиненного к плахе, поставленной посередине крепостного двора. Плечи и голову приговоренного опустили на твердую древесную поверхность. Палач поднял меч, и металл заискрился на солнце.