Читать «Семнадцать белых роз» онлайн - страница 58

Кристин Лестер

А они с Майком? Разве такое можно сказать про них? Да у него глаза становятся безумными, когда он на нее смотрит! Что написано на ее лице, можно догадаться, если по ночам она уже перестала спокойно спать… Потому что ей хочется спать только с Майком! И после этого он предлагает ей снова стать друзьями?

Ну хорошо! Хорошо. Пусть. Ей тоже нужно избавляться от наваждения. Она потерпит две недели, а потом посмотрит, во что превратился Майк. Хорошо. Она тоже приняла решение: у них ничего не будет. Никогда! Даже дружбы.

И Генри она тоже прогонит, хотя он ни в чем не виноват. Никто ей не нужен. Ей вообще больше НИКТО НИКОГДА не будет нужен.

В пятницу утром Элли Макдауэл при участии своей младшей сестры лишилась пятисот тысяч долларов, а вечером того же дня — Сида. Радостный спаниель, облизав лицо, уши и руки до локтей у своего нового хозяина, никак не мог поверить, что теперь он наконец-то будет жить с этим вот замечательным дядькой, который часто повторяет знакомое слово «лягушки» и, кажется, собирается еще раз их ему показать. Это же прекрасно! Он, Сид, готов ловить их круглосуточно. Торжественный переезд щенка из одного дома в другой устраивали вместе с Валентиной. Без нее Элли ехать в гости отказалась.

Нью-йоркская квартира Генри Микста соответствовала требованиям голливудской моды и, по мнению Валентины, которая, увидев Генри, снова перестала говорить связными предложениями, а только мычала и выдавала отдельные слова, могла потянуть на целый стадион.

— Ему здесь будет одиноко! — простонала Элли.

— У меня есть домохозяйка. Очень добрая старушка. Им будет замечательно вдвоем, но это только тогда, когда меня не будет рядом. В основном, я стану заниматься со щенком сам. Мне всегда говорили, что из меня получился бы первоклассный воспитатель в детском саду.

— Правда?

— Да, Элли. — Он взял ее за руку. — Мне давно уже хочется завести собственных детей.

Валентина поперхнулась апельсиновым соком, закашлялась и разлила половину на стол.

Генри звал их куда-нибудь съездить в субботу, но Элли угрюмо отказывалась от всего на свете. Она собиралась запереться в квартире, чтобы больше никто не мешал ее одиночеству. Ей только что отказали во взаимности, причем, отказали не в самой лучшей форме, и, чтобы справиться с собой и успокоиться, ей нужно было время. Валентина выразительно развела руками: мол, ничего не выйдет, если Элли отказывается ехать. Сама она, может быть, и хотела бы напроситься на уик-энд без подруги, но явно не решалась. Во-первых, они с Генри едва знакомы, во-вторых, это поклонник Элли, а в третьих… А в третьих, это же все-таки — Генри Микст!

В общем, на следующий день Сид со своим новым хозяином отправился искать водоемы с лягушками; Валентина пошла на свидание с очередным бой-френдом; Элли же залегла на диван и весь день смотрела в потолок, размышляя о своих мужчинах.

И вот что обнаружилось: она постарела не рядом с Сидом. Она постарела не по чьей-то вине, а, если можно так выразиться, — сознательно. Сама по себе.

Этот процесс начался очень давно, с того дня, когда ей исполнилось двадцать, и когда она впервые стала встречаться с мужчиной, старше ее на десять лет. Оказывается, у нее никогда не было любовников-ровесников. Все романы, вплоть до последнего, случались с мужчинами уже солидного возраста.