Читать «Равенна» онлайн - страница 3

Оскар Уайлд

Орлом взлетал от Темзы по Евфрат.

Царила ты, покуда в свой черед

По улицам твоим и гунн, и готт

Не хлынули. И у морской черты

В тиши пустынной нищенствуешь ты!

Нет больше у тебя, иным в пример,

На лес похожих мириад галер!

Там, где латунь носов искала цель,

Теперь пастушья слышится свирель,

И белая овца пастись вольна,

Где билась Адриатики волна!

О честь! О скорбь! О царские мечты!

Среди пустых руин почиешь ты,

Одна из всех сестер. О, наконец

Монарх Италии пронес венец

Сквозь арку Рима и надел его

Там, в Вечном Граде царства своего!

И Палатин встречать его готов,

Составив имя из семи холмов!

Неаполь, вспрянув от немого сна,

Тирана сверг! В Венеции – весна!

Она из вод восстала и поет

О свете истины, любви, свобод,

И Генуя ей внемлет. И в туман

Возносит пики мраморный Милан –

От Альп до сицилийских берегов,

И грезы Данте – только сны веков.

Но ты, Равенна, ты любви верна.

Дворцов руины – только пелена,

Прикрывшая величье. В жалкий прах

Твое величье кануло в веках

Под жарким солнцем, новым и младым

Иной Италии! Ночь прошла как дым –

Ночь злых репрессий. Новый день настал

И радостным рассветом заблистал.

Псы-австрияки, выбитые прочь,

Вернулись в замки, в ледяную ночь,

С цветущих нив Ломбардии твоей

От Запада до солнечных морей.

Я знаю: за тебя сыны твои

Сложили честно головы свои,

Новаре, в Аспромонте, дол багря,

Но дети твои умерли не зря:

Но ты еще тех вин не испила –

Тех, что лоза Свободы принесла.

Ты не пошла с бессмертною Звездой,

Ведущей к славе боевой стезей.

Устав от жизни, спишь спокойным сном,

Как тот, кто зрит, как тень за перелом

Уходит, не заботясь о часах,

О солнце славы и блаженных днях.

Свободы солнце в лик тебе не бьет

И факел славы не передает.

Не пробуждайся, спи: сладка постель

Там, где цветет янтарный асфодель

Средь лилий и лугов – вкушай покой,

Глумясь над славою и суетой.

Кто смеет осмеять благой простор

Твоих руин или воспеть позор

Амбиций короля. О, что тщета

Воюющих держав! Ты – не чета

Невесте Адриатики царя!

Владычица двойного царства! Зря

Тебя народы в жертву принесли!

Твои врата – травою поросли,

Отверсты день и ночь. И у ворот,

У башен и твердынь – трава растет.

Где зоркий страж томился на часах,

Сова свила гнездо себе в ветвях.

Все пало! От дворцов твоих в свой срок

Остались камни. Беспощаден Рок.

Все, что оставила тебе судьба –

Венок засохший да следы герба!

Но кто сквозь сущее и встарь, и впредь

Способен с башни будущее зреть;

Кто в силах предсказать отрады дней

И то, что прощебечет соловей?

Проснешься ты, как розовый бутон,

Отринув свой могильный, снежный сон.

Когда нальются золотом зернá

Поля земли, одетой в саван сна;

Как после бури ярче блеск звезды,

Взошедшей после тягостной беды!

Любимый град! Сюда я издали

Пришел – от островов моей земли.

И видел я, как прямо в небосвод

Храм гордый над Кампаньею встает,

Что в пурпур царственный облечена.

В венце лиловом город мой; я в нем

Следил, как за Коринфским тем холмом

Садилось солнце. Море бьет волной

Там, средь холмов Аркадии благой;

Но вновь к тебе летит душа моя,

Как горлинка, восторга не тая.

О град поэтов! Двадцать лет твой суд