Читать «Проклятый меч» онлайн - страница 10

Средневековые убийцы

Дадду ждала совершенно другая участь. Пока Брэда скитался по морям, пытаясь заслужить прощение за смерть отца, Дадда все силы отдавал домашнему хозяйству. Со временем он стал довольно искусным мастером кузнечного дела, однако матери удалось убедить сына пойти на службу в поместье одного из местных тэнов. Она твердила, что он по крайней мере каждый день будет иметь кусок хлеба и бутылку эля.

Однажды король, собственными глазами увидев, как Дадда сражается с противниками, наградил его горстью монет и предложил достойное место в рядах своих воинов. С тех пор Дадда командовал небольшим отрядом в Сассексе. Человек необыкновенной храбрости, он отчаянно бросался на любого врага, но наибольшую смелость проявлял в борьбе со светловолосыми захватчиками из северных морей, до глубины души ненавидя норманнов.

Воспоминания о жестокой расправе с матерью отравляли душу Брэна и усиливали его ненависть к викингам. Он решительно отказывался признавать тот бесспорный факт, что в его жилах течет немало их крови. Всю свою сознательную жизнь Дадда жаждал посвятить идее истребления норманнов. Именно поэтому он пришел в ярость, когда новый король перевел его отряд на север, чтобы защитить свое королевство от вторжения Гарольда Хардрада, а его оставил на этом гнилом южном побережье. Дадда всей душой стремился убраться отсюда, и мысль, что король Гарольд Годвинсон направил его на этот берег, чтобы защитить свою страну от вторжения войск Вильгельма Норманнского по прозвищу Бастард, нисколько не утешала.

Он хотел сражаться с грозными викингами, а не с каким-то там норманнским ублюдком.

Мастер по производству ножен Сердик был намного старше Пола, но его густые волосы по-прежнему оставались черными, словно вороново крыло. Он говорил с необычным акцентом, поскольку некогда пришел сюда с далекого севера, населенного варварскими племенами, однако природная склонность к обработке дерева и кожи помогла ему закрепиться в Лондоне, где его великолепные ножны пользовались огромной популярностью и вызывали всеобщее восхищение.

Низкорослый и коренастый, он косил одним глазом, и во время разговора с ним было практически невозможно определить, куда он смотрит. Огромный длинный шрам, протянувшийся от запястья до локтя, напоминал о бурной молодости и сражениях, в которых он участвовал.

Увидев перед собой чудный меч, он даже присвистнул от удивления.

— Это лучший клинок, который ты сделал за последнее время. Что здесь написано?

Пол улыбнулся и провел пальцем по надписи, выгравированной чеканщиком.

— «Qui falsitate vivit, animam occidit. Falsus in ore, caret honore», что означает: «Кто живет во лжи — губит свою душу, а кто сам лжет — губит свою честь», — перевел он.

— Ну что ж, с такой моралью твоему мечу потребуется нечто способное украсить эту мысль, — задумчиво произнес Сердик и какое-то время молча рассматривал клинок, взвешивая его в руке. Затем взмахнул им на уровне груди. — Чертовски хорош!

— Стало быть, я могу оставить его тебе.