Читать «Крутая дамочка или Нежнее чем польская панна» онлайн - страница 11

Екатерина Вильмонт

– Маргоша, ты позвонила Дане?

– Нет.

– Но мы же говорили…

– Не хочу.

– Но это несправедливо, он все-таки член семьи…

– Да нет, Эличка, он просто член.

– Марго!

– Да-да, и в этом его суть, а мне этого мало, мне нужен человек…

– Ты несправедлива! Даниил Аркадьевич хороший человек, умный, образованный, добрый… Ты что, его разлюбила или что-то узнала о нем? У него есть другая женщина?

– Да, а я не люблю делиться…

– Ты на себя наговариваешь, детка, ты как никто другой умеешь делиться.

– Это смотря чем. И давай не будем больше подымать эту тему.

– Маргоша, милая, но ты же сама хотела не жить вместе, это всегда рискованно… Да и потом все мужчины…

– Я все это знаю, но мне противно… и больно, а это мешает работать, я не хочу…

– Какая ты еще молодая, Маргоша… Только в молодости бывает такой максимализм…

– Это не максимализм, это элементарная чистоплотность, только и всего.

– Но он же любит тебя и вы хорошая пара.

– Эличка, я пока еще не освоилась с положением обманутой жены, вот и все. Может, освоюсь, смирюсь…

– Прости, что на ночь завела этот разговор… я не хотела тебя будоражить… Извини. Хочешь чаю с медом, успокаивает…

– Да нет, спасибо, Эличка. И не расстраивайся ты так, мир не рухнул, поверь…

– Спокойной ночи, детка.

Элико нежно поцеловала племянницу.

Да, мир не рухнул, так, потолок обвалился и меня задело обломками, не смертельно, но разгребать придется, подумала Марго.

– Лева, я поняла, зачем нас сегодня позвали! – сказала Римма Павловна за завтраком.

– Да?

– Да! Кажется сегодня полгода со дня смерти Александра Афанасьевича!

– Ох ты господи, совсем из головы вон! Надо бы на кладбище съездить. Хотя постой, нет, полгода было восемнадцатого, а сегодня двадцать восьмое.

– А это значит, что сегодня будет обнародовано завещание вашего гения. Вот в чем дело! Очень интересно! Ну конечно… Видимо, старик что-то оставил этой провинциальной вдовушке.

Хотелось бы знать что… Если его замучила совесть, он мог и размахнуться…

– Римма, наберись терпения и, пожалуйста, что бы там ни оказалось, веди себя прилично. В конце концов мы совсем не бедные люди, у тебя есть все, что можно пожелать…

– А если твой папенька тебе вообще ничего не оставил?

– Значит, такова была его воля, я не буду в обиде.

– Так уж и не будешь? Бессеребреник, значит?

– Я не бессеребреник, но с отцом в последние годы у нас были сложные отношения…

– Да я просто уверена, что он все оставил этой твоей сестрице…

– Ты сама себе противоречишь. То он чем-то одарил эту несчастную женщину, то Марго. Наберись в конце концов терпения, сегодня все узнаешь.

– А ты эту бабу видел когда-нибудь?

– Не помню. Может, и видел, но раз не запомнил, значит, ничего интересного. Ей должно быть уже под сорок.

– Это успокаивает.

– То есть?

– Ну, уже не твой возраст. Ты молоденьких любишь.

– О боже!

– Ma, не спишь?

– Тошка, ты чего так рано вскочила? Еще восьми нет.

– А там Эличка большую стряпню затеяла… Мам, ты знаешь, эта Тася клевая, с мозгами.

– Да? Я рада.

– Мы с ней двоюродные, да?

– Конечно.

– Нуцико уверяет, что мы с ней похожи.