Читать «Общественные блага, перераспределение и поиск ренты» онлайн - страница 89

Гордон Таллок

При демократии практически тот же аргумент французских монархистов может быть применен ко всей массе избирателей. Но для отдельного избирателя нет никакой связи между затратами на активы и выгодой, получаемой от этого актива. Большинство граждан хотели бы благоустроить улицы. Я регулярно езжу по федеральной автостраде номер 66 и регулярно жалуюсь, что там всего по две полосы в каждом направлении вместо трех или четырех. Если бы меня попросили заплатить за дополнительные полосы, то я, конечно, обдумал бы вопрос о расширении дороги гораздо более тщательно. Может, я пришел бы к тому же самому заключению, но, безусловно, решение было бы более продуманным.

Мы регулярно используем подобные доводы, когда предполагаем, что частные фирмы производят более тщательные расчеты, чем правительство. Корпорация, решающая, построить ли ей новый магазин, фабрику или подъездной путь, вероятно, произведет более точные расчеты, чем правительственный орган, который в конечном счете зависит от избирателей, а доля бремени и потенциальной выгоды для каждого индивида в этом случае очень невелика. Конечно, правительственные чиновники находятся в несколько ином положении, но они сохраняют свои рабочие места, угождая избирателям. Более того, они не должны потворствовать им всем. Они даже не должны нравиться большинству в каждом отдельном случае, хотя потеряют свои рабочие места, если суммарный итог их деятельности вызовет недовольство у значительной части избирателей. Помимо всего, у отдельного избирателя нет сколько-нибудь серьезных мотивов для активного сбора информации или тщательного обдумывания вопроса. В случае с королем это не так. Хотя король может также совершать ошибки, но он руководствуется правильными побуждениями, рассматривая возможные вложения в свое королевство. Так же как и среднестатистический избиратель, король может быть расточительным и уделять внимание чему-либо еще, кроме своей прямой выгоды. И в этом он опять похож на среднего избирателя. Но к проблеме королевской расточительности мы вернемся чуть позже.