Читать «Нуб (СИ. Дополненный вариант)» онлайн - страница 6

Александр Михайлович Аразин

— Слшш меня!.. Внима… Млчать!.. Я старший прапорщик Колотолин, ваш командир. Когда будете обращаться ко мне, салютуйте и говорите «товарищ прапорщик». Так же при виде старших по званию, а тут все старше вас, выполняете воинское приветствие. Кто чихнул?

Молчание.

— КТО ЧИХНУЛ?

— Это я, — раздался чей-то голос.

— Что я?

— Я чихнул.

— Я чихнул, ТОВАРИЩ ПРАПОРЩИК!

— Я чихнул, товарищ прапорщик. Я немного замёрз… товарищ прапорщик.

— Ого! — Колотилин подошёл к курсанту, который чихнул. — Фамилия?

— Грибоедов … товарищ прапорщик.

— Грибоедов… — повторил наставник с таким видом, будто в самом слове было что-то неприятное и постыдное. — Могу представить, как однажды ночью, находясь в патруле, ты чихнёшь только потому, что у тебя сопливый нос. Так?

— Надеюсь, что нет, товарищ прапорщик.

— Что ж, и я надеюсь. Но ты замёрз. Хмм… мы сейчас это дело поправим. А что лучше всего помогает согреться? Правильно горячий чай! — Он указал своим стеком. — Видишь здание вон там? Это кухня первого полигона.

Воронин невольно бросил взгляд в том же направлении, но ничего не увидел, кроме расстилавшегося до горизонта поля. Только пристально вглядевшись, мальчик различил наконец (примерно в трёх километрах) какое-то строение, которое издалека казалось небольшим холмом или прыщем на гладкой коже земли. А так же сделал вывод, что если есть первый, то должен быть и второй, а возможно даже и третий полигон.

— А поскольку самому греться не хорошо, по отношению к товарищам, принесёшь оттуда двадцатилитровый термос, чтобы всем хватило. Вперёд. И не дай Бог чай будет холодным! Бегом, я сказал. И быстрее!

Колотилин повернулся к кадетам. Он раздражённо прохаживался туда-сюда вдоль строя, искоса оглядывая ребят. Наконец остановился, тряхнул головой и сказал, обращаясь явно к самому себе, но так, что всем было слышно.

— Кто бы мог подумать, что этим буду заниматься я! Армия — это школа для мужчин и экзамен для женщин. За всю свою жизнь я не видел такой толпы маменькиных сынков. Втянуть кишки! Глаза прямо! Я с вами разговариваю!

Воронин невольно втянул живот, хотя и не был уверен, что он обращается конкретно к нему. А прапорщик всё говорил, всё хрипел, и мальчик начал забывать о холоде, слушая, как он бушует. Он ни разу не повторился и ни разу не допустил богохульства и непристойности. Однако он умудрился описать физические, умственные, моральные и генетические пороки будущих офицеров с большой художественной силой и многими подробностями.

Следующие двадцать минут взвод занимался гимнастическими упражнениями, от которых ребёнку стало настолько же жарко, насколько раньше было холодно. Колотилин проделывал все упражнения вместе с кадетами. Воронин всё хотел подловить его, но он так ни разу и не сбился со счёта. Когда закончили, наставник дышал так же ровно, как и до занятий. После он никогда больше не занимался с ребятами гимнастикой. Но в первое утро он был с взводом и, когда упражнения закончились, повёл всех, потных и красных, в столовую. По дороге он всё время прикрикивал: