Читать «Книга первая: Эпоха Морских Королей» онлайн - страница 8

Михаил Александрович Никитин

Но посмотрим правде в глаза — они тут создали куда более гармоничное и мирное общество, чем людям когда-либо удавалось. Что ты там думал перед смертью? Война никогда не меняется? Ха, здесь — война никогда не начиналась!

Ну, по крайней мере последние пятьсот местных, почти тысячу земных лет. До этого… да, было. Довольно-таки жарковато. Но люди и сотни лет не могли прожить в мире — им ли учить чему-то марсиан? Да и Единство, сляпанное им, будем честны, на скорую руку — может ли оно вообще сравниться с Великим Голосом — коллективным сознанием всех малков?

«Пока не буду ничего активно делать. Только укреплять свои позиции и развиваться. Сначала я должен понять, что тут происходит, прежде чем переходить к активным действиям. Не исключено, что под маской благополучной утопии скрывается кровавый ад. Я такое уже видел. Я и сам такое делал, если быть до конца честным. Достаточно вспомнить Собор. И тогда, если это общество окажется порочным, я его уничтожу и создам на его руинах новое. Но — только в этом случае. Реформаторское рвение не должно в этот раз затмевать разумную оценку. Хватит с меня и первого раза…»

А развивать там было что, ох было… И речь идёт не только и не столько о социальных позициях. В конце концов, можно вполне неплохо жить и отшельником. Если ты марсианин. И не страдаешь от кучи комплексов, как Ма-Алефа-Ак.

Ведь «неспособный к телепатии» отнюдь не означает «неспособный к псионике вообще». У самого закрытого «сейфа» всё ещё оставалась куча других возможностей — и прикидывая их список, Ричард впадал в священный трепет.

Он мог передвигать предметы телекинезом, развиваемое усилие было обратно пропорционально квадрату расстояния — до ста тонн в радиусе метра, до тонны в радиусе десяти метров, до десяти килограммов в радиусе ста метров, и так далее. Применяя телекинез к самому себе, он мог летать.

Он полностью контролировал собственное тело на молекулярном уровне. Там, собственно, и не было никакого уровня, кроме молекулярного. Его тело (как и тела всех его сородичей) представляло собой полимерный раствор, нечто вроде пластика, которому Ма-Алефа-Ак мог мысленным усилием придать любую форму, любой цвет и консистенцию — от совершенно жидкой до твёрдой, как сталь. В этом растворе плавали отдельные несвязанные клетки его «истинного тела». Биопластик служил для них одновременно доспехом и системой жизнеобеспечения. Дышали они вообще-то водородом, но марсианин мог создать систему фильтров, извлекающую водород почти из любой среды. Даже разлагать воду электролизом на каталитических мембранах.

«Но как же закон сохранения энергии?» — возмутилось всё, что знал Мастер о физике и биологии.

На закон сохранения марсиане чихать хотели. С высокого дерева. Их псионика по существу была основана на взаимодействии с параллельным пространством, откуда и выкачивалась энергия на все эти трюки. Предельную мощность Алефа Ричард оценил в сотню мегаватт или в 136 тысяч лошадиных сил — тяга крупнейших довоенных авиалайнеров! Правда, после замены личности его энерговооружённость упала примерно вдвое — но даже так оставалась более чем солидной и раза в два выше, чем у среднего малка. Вот только «средний малк» мог подключиться к коллективному психополю, если ему не хватало собственной мощности. Собратья охотно делились. Для «сейфов» этот путь был закрыт, они могли полагаться лишь на собственную энергию.