Читать «В созвездии трапеции (сборник)» онлайн - страница 7

Николай Владимирович Томан

— Ну что вы так его ниспровергаете, — пробует заступиться за Басова Алексей. — Он человек незаурядный, с большой эрудицией. Особенно памяти его я завидую…

— Ну, знаете ли, — с досадой перебивает Галина, — это не память у него, а запоминающее устройство, как в электронно-счетной. И потом, память и эрудиция — это не одно и то же.

Костров слушает Галину, не скрывая удивления. Значит, у Басовых не случайная размолвка. Она неплохо разбирается в людях. Получше, пожалуй, чем он, Алексей Костров. И он проникается еще большим уважением к этой женщине, хотя вслух произносит укоризненно:

— Вот уж никогда не думал, что вы такая злая…

— А это, знаете ли, не такое уж плохое качество — быть, когда нужно, злой, — хмурится Галина. — Вам бы оно тоже пригодилось. Но вы все-таки молодец, не поддались на лестное предложение директора. Не взял он вас и новой антенной, хотя я понимаю, что значил бы для вас радиометр с зеркалом в семьдесят метров. И не меняйте, пожалуйста, вашего Фоциса ни на дзету Люпуса, ни на альфу Кобры. Мы непременно выжмем из его «радиограммы» все, что только будет в силах кибернетики.

— И ваших, — улыбается Алексей.

— Да, и моих, более скромных, конечно. Хотя, должна вам честно признаться, ничем не могу вас пока порадовать…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Спустя несколько дней обсерваторию посещают несколько иностранных ученых и сопровождающие их журналисты. Басов, встревоженный их приездом, суетится, наводит порядок, инструктирует научных сотрудников. Заходит он и к Кострову, хотя в последнее время был с ним холоден и разговаривал лишь по служебным вопросам. А теперь приветливо улыбается и спрашивает прежним дружеским тоном:

— Ну, как дела, Алексей Дмитриевич? Американцы к тебе зайдут сейчас, так ты с ними поделикатнее…

— А нельзя ли, чтобы не заходили? Ну о чем я с ними буду говорить? Чем похвалюсь? Ты же знаешь, какие у меня успехи. Отведи их лучше к Климову.

— Но ведь тебя там, — он почему-то тычет пальцем в небо, — за границей, знают. Ты доктор наук, твои работы переведены на английский. Эти господа о тебе еще в Москве спрашивали. Так что ты подготовься.

— Что же, мне для этого в смокинг облачаться? — ворчит Костров.

— На смокинге не настаиваю, а вот о чем будешь говорить с ними, подумай. Да учти, что это не представители дружественного демократического государства. К тому же с ними журналисты. Эти могут написать такое, о чем ты даже и не собираешься говорить.

— Так за каким же чертом тогда мне с ними встречаться? — злится Костров. — Если они могут написать такое, о чем я с ними говорить не собираюсь, так у них вообще нет необходимости во встрече со мною.

— Поэтому-то и нужно не молчать, а говорить, — поучает Басов. — Там, где ты промолчишь, они и напишут за тебя. А говорить нужно, опять-таки помня, с кем имеешь дело, — дипломатично, всего не выкладывая. Избави тебя бог бухнуть им, что у нас ничего пока не получается, чтобы они потом не раструбили на весь мир о нашем бессилии…