Читать «Тихий уголок» онлайн - страница 159

Дин Кунц

Последовала длинная пауза. Джейн выдержала свирепый взгляд Трэхерна и с облегчением сказала:

– Может, вы не такой уж болван.

– Разве ваше мнение должно что-то значить для меня? Я даже имени вашего не знаю. У вас есть имя или вы безымянный злобный гремлин, который влезает в жизнь человека и портит ему настроение?

Она порылась в своей сумочке, вытащила схваченную резинкой связку поддельных водительских прав и разложила их на столе.

– У меня много имен, но ни одного настоящего. Настоящее мое имя Джейн Хок. Я агент ФБР в отпуске, хотя, возможно, меня уже отстранили или вообще уволили. – Она бросила на стол свое удостоверение. – Мой муж Ник был морпехом, получил много наград, в том числе высоких – например, Военно-морской крест. Полковник в тридцать два года. Его убили и попытались выдать это за самоубийство. Грозили похитить и убить моего пятилетнего сына, если я не отступлюсь. Я спрятала его. Они убьют меня, если найдут. Одного из них я убила. Я знаю, где найти типа, который все затеял, главного сукина сына. Но одной мне его не взять, а обратиться за помощью не к кому, потому что все мои знакомые у них на крючке. Мне нужен человек с вашими навыками. Если вы их не утратили.

Трэхерн смотрел, как она кладет в сумочку фальшивые права и удостоверение агента ФБР. Потом сказал:

– Почему это должно меня волновать? Я не был морпехом. Я служил в армии.

Джейн смотрела на него, не в силах выговорить ни слова.

– Успокойтесь. Это шутка, – добавил он.

– Я не знала, что вы способны шутить.

– Это первая за долгое время. – Он посмотрел на одно из закрашенных окон, словно видел за непрозрачным стеклом то, что его беспокоило. – Чтобы прийти ко мне, нужно дойти до полного отчаяния или рехнуться.

– Признаюсь, я в отчаянии.

– Ничем не могу вам помочь.

– Сможете, если захотите.

– Мои войны давно закончились.

– Есть только одна война. И она никогда не заканчивается.

– Я уже не тот, что прежде.

– Человек, награжденный крестом «За выдающиеся заслуги», в глубине души всегда останется тем, кем был.

Трэхерн выдержал ее взгляд:

– Это все громкое вранье.

– Для армейского мудозвона – может быть. Но не для вдовы морпеха.

Он помолчал, потом спросил:

– Вы всегда такая?

– А какой еще можно быть?

6

Самый черный и самый крепкий кофе из всех, что она пила за свою жизнь, помог Джейн прожить следующие полтора часа. Войдя в кабинет Дугала Дервента Трэхерна, она встретилась с медведем, которого жалил целый рой пчел. Теперь пчел стало чуть меньше, но ненамного. Резкий, жесткий, нередко грубый, ворчливый, даже орущий, со взглядом острым, как скальпель, он виртуозно владел техникой допроса, словно только что прибыл из Куантико. Он делал записи, возвращался к вопросам, на которые Джейн уже отвечала, чтобы поймать ее на противоречиях, и выпытывал все подробности ее истории, точно был убежден, что она – серийный убийца, а не охотник за ними. Он прочел отчет Эмили Россмен о результатах вскрытия и выслушал в пересказе Джейн то, что сообщила ей патологоанатом в клинике для животных.